Уголовное дело, инициированное ЦПЭ ГУ МВД России по Нижегородской области в отношении ряда активистов-антифашистов в декабре прошлого года, примечательно тем, что на этот раз Центр по борьбе с экстремизмом сам создал экстремистское сообщество, снабдил его уставом, членскими билетами, эмблемой, флагом и информационными ресурсами в Интернете.

А. Быстрову, П. Кривоносову, О. Гембаруку, А. Гайнутдинову и Д. Колесову были предъявлены обвинения по ч.2 ст.282.1, ч.2 ст. 213, п. «б» ч.2 ст.115, п. «б» ч.2 ст.116 и ч.3 ст.35 Уголовного кодекса. Адвокатам удалось помочь своим подзащитным избежать содержания под стражей на время предварительного следствия, однако и здесь не обошлось без противоправных действий сотрудников ЦПЭ. Так, Антон Тарасов, адвокат Артема Быстрова, рассказал: «В кабинете у следователя нам было предложено следующее: если Артем даст признательные показания, то мера пресечения будет избрана в виде подписки о невыезде; если мы отказываемся, то они ходатайствуют перед судом о заключении под стражу. Несмотря на все старания сотрудников Центра «Э», а также следователей - надо сказать, что в суд приехали 5 оперативников, два следователя, прокурор, - суд назначил Артему домашний арест. Мы посчитали это своей первой маленькой победой».

Основаниями для обвинения по ч.2 ст.282.1 стали изъятые при обыске периодические издания культурологического содержания, телефонные сим-карты, складной нож, компакт-диски, модем, компьютеры, пара штанов, нашивка с надписью Antifaschistische Aktion, удостоверение несуществующей экстремистской организации Antifa-R.A.S.H. и другие «материалы экстремистского содержания, запрещенные к гражданскому обороту» и «свидетельствующие о противоправной деятельности группировки». Следствие утверждает, что в январе 2007 года было создано некое «экстремистское сообщество», представляющее собой «сплоченную, устойчивую, организованную группу лиц для подготовки и совершения преступлений экстремистской направленности». Единственным признаком организованности этой «группы» является давнее знакомство обвиняемых между собой. Однако следователю Блиновой этого вполне хватило: «Состав преступного сообщества отличался тесной взаимосвязью его участников, высокой дисциплиной, стремлением участников к единому результату, намерением осуществлять преступную деятельность в течение длительного периода времени».

В качестве целей «преступной группы» следствием названы «пропаганда идей насильственного изменения государственного строя как проявления фашизма», «установление анархии» и «применение насилия по мотивам идеологической ненависти и вражды в отношении социальных групп «скинхеды футбольные фанаты» и «состоятельные граждане России»». Кроме того, в вину активистам поставлены «мероприятия по уклонению от уголовной и административной ответственности», такие как «ни в коем случае не давать показаний, не раскрывать данных соучастников, при задержании уведомлять адвоката». Наличие у одного из обвиняемых юридического образования, вероятно, интерпретировалось как отягчающее обстоятельство. Право не свидетельствовать против себя и своих близких, а также право на защиту гарантированы Конституцией. Однако следователь Блинова сочла намерение использовать это право еще одним преступлением.

Также всем участникам мифической группы вменяются преступления насильственного характера, именуемые в материалах дела "акциями прямого действия". Это три эпизода «нападений» на представителей «социальной группы» скинхедов. «Потерпевшие» не только не опознали нападавших, но, по некоторым сведениям, утверждали, что их показания были получены под психологическим давлением со стороны сотрудников ЦПЭ, а в одном случае и вовсе были подготовлены заранее.

Объяснения одного из фигурантов дела насчет проведенного в его доме обыска свидетельствуют о нарушениях закона сотрудниками полиции: «Обыск проводился одновременно в нескольких помещениях разными сотрудниками, «найденное» удостоверение экстремистской группировки Antifa-R.A.S.H. мне не принадлежит и было подброшено, что могут подтвердить свидетели, присутствовавшие при обыске». Обвиняемый был силой доставлен в отдел ЦПЭ вместе с двумя своими друзьями, где все трое долго удерживались, подвергались психологическому давлению и принуждались к «сотрудничеству» под угрозой уголовного преследования. Также удостоверения несуществующей экстремистской организации были подброшены и другим обвиняемым, которые позднее испытали такое же давление со стороны сотрудников Центра «Э» под руководством следователя Блиновой. Им тоже угрожали физической расправой, принудили подписать заранее подготовленные показания, подтверждающие участие в деятельности «группировки». По фактам нарушений задержанными были направлены жалобы в УСБ МВД и СК, однако ОРЧ (СБ) ГУ МВД и СО СКР по Нижегородской области не обнаружили объективных данных, подтверждающих доводы заявителей, и не усмотрели в действиях сотрудников ЦПЭ состава преступления.

Приступивший позднее к защите одного из обвиняемых петербургский адвокат Дмитрий Динзе в ходатайстве на имя следователя Блиновой просил истребовать из оперативного управления ЦПЭ по Нижегородской области материалы, которые подтверждали бы существование «экстремистской организации», а также материалы проверок по фактам незаконных действий сотрудников ЦПЭ при проведении следственных мероприятий. Он также предложил провести дополнительные допросы свидетелей существования и деятельности организации Antifa-R.A.S.H. Наконец, адвокат считает нужным назначить комплексную экспертизу по таким вопросам, как наличие экстремизма в деятельности организации и квалификация «футбольных фанатов, скинхедов» как социальной группы.

Ходатайство было отклонено в полном объеме. Следователь Блинова объяснила свое решение так: «Ходатайство адвоката является не чем иным, как формой противодействия в расследовании преступлений экстремистской направленности». Блинова расценила закономерные требования адвоката «как способ затянуть предварительное следствие и направить следствие по ложному следу – не в отношении фактических виновников совершения преступлений, а в отношении сотрудников полиции и свидетелей обвинения, что поможет фигурантам по делу избежать уголовной ответственности и уйти от заслуженного наказания». Следователь утверждает, что «оснований для сомнения в виновности обвиняемых и необходимости сбора каких-либо новых доказательств у следствия не имеется».

Тем не менее следствие по делу продолжается, и остается только догадываться, какие аргументы смогут заставить подполковника юстиции Блинову обратиться к здравому смыслу и вернуться к исполнению непосредственных обязанностей следователя, оставив занятия художественным творчеством профессионалам.

Источник: http://www.grani.ru/blogs/free/entries/194739.html